Беседуя с Верой Пудковой (она руководит офисом коммерциализации разработок в нашем университете) я «познакомилась» сразу с двумя женщинами (ой, их даже четыре) - с самой Верой Васильевной, ее бабушкой Анной Евдокимовной, мамой Зинаидой Николаевной и дочкой Александрой.

- Я - томичка, родилась в… [мысленно что-то просчитывает] пятистах метрах отсюда - в роддоме №1. Была долгожданным «поздним» ребенком.

- Мама в детстве часто баловала?

- Баловала? Нет, не скажу. Вообще, мама - самый главный человек в моей жизни. Все, что есть во мне - это благодаря ей.

О ее жизни можно отдельную книгу написать. Она была шестым ребенком в семье. Родилась под Псковом, пережила войну в оккупации. Много мне об этом времени не рассказывала, но некоторые эпизоды, конечно, запомнились.

Например, ее рассказ о том, как в их семье спасли нескольких людей, сбежавших из концлагеря. Когда в дверь поздно вечером кто-то скребся, мама говорила бабушке: «Не открывай, это немцы», та ей отвечала: «Чужие не скребутся, а выбивают дверь. Это наши». Только после войны никто из спасенных не вернулся, чтобы поблагодарить - наверное, все погибли. Я все спрашивала маму: «Как же вы не боялись - немцы в любой момент могли прийти, найти беглеца и расстрелять всю семью?» «Так они и приходили, мы говорили, что это наш больной брат лежит. Верили».

Вот еще один случай, рассказанный мамой. Они откармливали свинью - питаться как-то надо огромной семье. Прошел слух, что идут немцы, всю животину заберут. Бабушка накормила свинью больше чем обычно и спрятала ее в стог сена. Немцы пришли, достали еду и начали свинью выманивать, та не идет, сытая и довольная. Тогда они решили штыком сено «проверять». Тут мама не выдержала, начала нервничать - почти всех выдала. Бабушка ее отвела в сторону - молчи. Все обошлось, свинью уберегли.

- Так как Ваша мама в Томск попала?

- После войны она поехала поступать в Ленинград, но в университет ее не приняли - семья была в оккупации. Очень переживала, вернулась в Псков, начала учиться в пединституте. Как я сейчас понимаю, и не надо было ей в Ленинграде оставаться - она прирожденный учитель с большой буквы.

По распределению мама отправилась в Анжеро-Судженск. В городе ей не очень понравилось, выбирая из соседних, остановилась на Томске… И вот, когда ей было уже 37 лет и она поступала в аспирантуру на кафедру физики в ТПИ, мама поняла, что беременна. На свет появилась я.

- Вы чувствовали свою «долгожданность»?

- Может быть, в более позднем возрасте. Главное - я всегда чувствовала, себя любимым ребенком. Когда пошла в детский садик, было удивительно: некоторые дети зачем-то дерутся, щипаются, кричат: они просто копировали своих родителей. У нас с мамой все было спокойно, уверенно.

- Ваша мама повлияла на выбор профессии?

- Она могла посоветовать, не больше. Я выбирала что-то связанное с авиацией. Хотела поехать в Москву, но понимала, что финансово не потяну. Поступила на специальность «электрооборудование летательных аппаратов» в ТПУ. Но теперь я не очень довольна тамошней методикой преподавания. Целостности знаний, синтеза нам не дали. Отдельные же дисциплины «давались» серьезно и глубоко.

Получив диплом, я начала работу в одном из институтов Академии наук. За те пять лет, что провела там, удалось понять главное - то, чего я хочу от жизни, сформулировать свою цель.

- И какова эта цель?

- Путешествовать и получать за это деньги. Сейчас эта цель изменилась, и звучит так: «Хочу помогать людям внедрять их безумные идеи в жизнь». Любая идея имеет свое рациональное зерно, просто его надо найти и решить вопрос коммерциализации. Правда, это расходится с теорией бизнеса, где говорится: занимайтесь делом, которое быстрее всего принесет результат. Но пока наш университет дает такую возможность, я пытаюсь заниматься разными идеями.

- Так все-таки, как из научного работника вы «превратились» в специалиста международного отдела?

- В 1996 году я побывала на семинаре по коммерциализации технологий. Поняла, что это мое, начала сотрудничать с Томским центром содействия инновациям. Однажды там мне предложили написать заявку на получение гранта для одной организации (как оказалось - для ТМЦ ДО). Пришла на встречу с Геннадием Анатольевичем Кобзевым. Сижу. Без пяти минут три, думаю, опоздает минут на пятнадцать, как это заведено в России. Ровно в три часа заходит. Этой своей пунктуальностью он меня просто сразил. Мы (позднее я познакомилась и с Александром Фавстовичем Уваровым), написали несколько заявок, и поняла, что хочу работать в этой команде. В один прекрасный вечер, через два года, свершилось чудо - Александр Фавстович позвонил мне и предложил работу.

- Я знаю, что за это время Вы успели побывать в нескольких странах...

- Да, в первый раз я съездила в Великобританию, потом побывала в Италии, Бельгии. Не скажу, что испытывала зависть к ухоженности или спокойствию этих стран. Возникало желание, сделать у нас в городе так же чисто и уютно.

- Недавно у вас родилась дочь. Ее появление изменило взгляд на мир?

- Александре исполнилось 11 месяцев и три недели. В первые месяцы после ее рождения я чувствовала себя не столько мамой, сколько «ходячей пеленальной машиной». Понемногу она становится интересным осознанным человечком.

Не скажу, что дочка меня саму изменила - я готовилась к ее появлению заранее. А сюрпризы? Они происходят каждый день, начиная с самого утра, когда она просыпается и улыбается мне.

Автор: Оксана Коновалова