Зиту Эммануиловну Абрамец можно назвать «нянькой» всех тусуровких ребятишек. Много лет в профкоме она заведовала детской комиссией, да и сейчас на базе отдыха родители привычно отдают своих чад в ее «культурно-развлекательные» руки.

- Я думала, что в этом году уже не буду с детьми заниматься - хватит уже, подумать только - когда я начинала работать, мои дети были младше сегодняшних внуков. Но приехала на базу, посмотрела-посмотрела, и снова все закрутилось. Просто я не могу смотреть, когда дети без дела бегают.

А раньше, в 70-80-е, «детский вопрос» был очень серьезно поставлен, да и вообще перед началом сезона среди сотрудников профкома распределялись «портфели», определялось, кто за что на базе отдыха отвечает - за пожарную охрану, спорт, питание - делали ведь все сами. Мне вот достался детский сектор.

Чем обычно летом детей занимали, какие праздники устраивали? Самым ярким событием, пожалуй, всегда был День Непутна - о нем и сейчас многие вспоминают. Разворачивалось целое действо - приезжал Нептун (в его роли побывали многие ныне заслуженные наши сотрудники) дети должны были читать ему стихи или номера показывать. А наши КВНы! Самые настоящие - родители против детей. Сейчас и не перескажешь, как все проходило.

Правда, тогда все легче было устраивать. Родители были активнее, не наблюдали со стороны за тем, как мы конкурсы-соревнования проводим, сами включались, придумывали много нового. Не то что сейчас: сидят и ждут - вот тетя Зита приедет и будет кому с детьми заниматься.

И ребятишки нынче отличаются от тогдашних - за каждое слово приз требуют, любой конкурс без этого не провести. Мне это надоело, и уже несколько лет как выдаю за каждое соревнование «киреевки» - особую валюту, в итоге каждый может «купить» себе приз.

…Только вы не думайте, что в 70-80 годах мы только летом с детьми занимались. Детская комиссия была структурой очень серьезной.

Вуз ведь был молодой, работало много сотрудников примерно одного возраста и дети у всех - почти ровесники. Каждый был заинтересован, чтобы его ребенок как можно интереснее жил. На год создавался план работы комиссии - новогодние праздники для малышей и старших детей, выставки детского творчества (участвовали в них и взрослые), проводили экскурсии - то в планетарий, то в ботанический сад, то просто по городу, устраивали шахматные соревнования. Занимались и проблемными детьми - ходили проверяли успеваемость, общались с учителями.

Все это было…

Анатолий Михайлович Кориков, заведующий кафедрой АСУ, сделал по-настоящему впечатляющую профсоюзную карьеру. А все начиналось в 1970-м, когда после окончания аспирантуры ТГУ и защиты кандидатской диссертации он начал работать на только что созданном в ТГУ факультете прикладной математики и сразу же «привлекся» к общественной работе.

- Тогда не было вопроса: хочу - не хочу. У каждого молодого ученого было два пути - либо комсомол (это был пройденный этап - мне уже исполнилось 28 лет), либо профсоюз. Вскоре от молодого факультета меня выдвинули в местком ТГУ и я начал работать в комиссии по работе с молодежью. Чем занимались? Проводили конкурсы: лучший по профессии, лучший молодой лектор, лучший молодой ученый и так далее.

Получилось так, что через два года, в 1972-ом, я перешел в ТИАСУР, стал молодым доцентом, а на следующий год на профсоюзной конференции меня избрали в местком.

Начал я работать в производственно-массовой комиссии. Через год уже стал ее председателем, а в 1975-ом - уже и заместителем председателя месткома. Мы решали много вопросов, связанных с организацией соцсоревнований, конкурсов, трудовой дисциплиной. Сейчас этим занимается администрация университета, а тогда эти задачи решал и местком. Кстати замечу, что в те годы выборный орган профсоюза сотрудников назывался местком, а у студентов - профком. Соревновались коллективы и отдельные люди, местком определял лучшего инженера, преподавателя, факультет, кафедру и так далее.

Возможно, где-то в профсоюзном архиве и сейчас хранится толстая книжка - «Положение по организации и проведению соцсоревнований». Она - результат и моей работы. Я, как прикладной математик, создал в ней формализованную модель выбора «лучшего из лучших» (коллектива или ученого), описал критерии отбора. И сделать это, скажу вам, было не так-то просто. В профбюро каждого факультета у меня были помощники, они занимались фактически организацией производственно-массовой работы на кафедре, сбором информации, и в конце года вся эта бурная работа завершалась подведением итогов. Сейчас в фойе на втором этаже висит доска почета сотрудников университета, а в те годы там размещались две доски - по лучшим людям и по коллективам.

В феврале 1976 года я перешел в СФТИ и моя профсоюзная карьера прервалась. В 84-ом вернулся в ТИАСУР, стал работать проректором по научной работе и, конечно, все вспомнили, что я и в месткоме состоял когда-то, меня снова «привлекли». На этот раз даже в члены Обкома профсоюза, а затем и в президиум Обкома профсоюза выбрали, я стал председателем межвузовского совета Дома ученых, председателем производственно-массовой комиссии Обкома профсоюза.

Занимались мы в Обкоме теми же производственными вопросами, в том числе конкурсами и соцсоревнованиями, но уже на уровне города - определяли лучший вуз, лучшего ученого. Вы сейчас понять не сможете, что тогда получить звание «лучшего» было не только почетно. Например, лучшего ученого могли наградить талоном на приобретение автомобиля. Так что ответственность за выбор на нас лежала серьезная.

Должен сказать, что вершины своей профсоюзной карьеры я достиг в 1990 году, когда был избран делегатом Всесоюзного съезда профсоюза работников науки и образования.

Вскоре пришли новые времена, на первый план вышли совсем другие проблемы, а проблемы, которыми мы занимались постепенно сошли на нет. На этом и завершилась моя профсоюзная «карьера». Правда, еще до 99-го был председателем совета Дома ученых.

Чем для нас тогда был профсоюз? Он развивал коллективистские устремления, позволял участвовать в общественной жизни, при этом в отличие от партии, был более демократичным, здесь многие проблемы и вопросы решались на профсобраниях и профконференциях, а не в директивном порядке.

Николай Сергеевич Несмелов приложил руку, и даже глаз, для того, чтобы у ТУСУРа появилась своя база отдыха - он был в числе тех, кто осматривал побережье Оби и выбирал место для будущего строительства.

- Для выбора участка отправились три человека - тогдашние ректор Иван Петрович Чучалин, председатель профкома Николай Игнатьевич Барабанов и я - начальник научно-исследовательского отдела. Это сейчас весь берег Оби базами и дачами застроен, а тогда ничего этого не было. На том месте, где сейчас стоит наша база, располагался домик бакенщика - и все.

Место мы выбрали, договорились с администрацией Кожевниковского района о передаче 13 гектаров земли институту в аренду.

А дальше все вместе активно сработали. Подумать только: в 73-ем уже сдали первую очередь, а на следующий год база была уже полностью запущена - 37 домиков.

Правда, тогда особых трудностей со строительством не было, каждый домик стоил две с половиной тысячи рублей - заплати и все готово.

Но все равно нашим сотрудникам тоже поработать пришлось. Мы организовывали выезды для расчистки территории, вывоза мусора. Особых проблем собрать народ не было - всем даже в удовольствие было на свежем воздухе потрудиться. Кстати, особо отличившихся при строительстве «премировали» особо - их именами назвали «проспекты» базы. Ну а мне лично (даже не знаю, стоит ли об этом сейчас говорить) за участие в обустройстве выделили талон на приобретение «Запорожца», и только в прошлом году я с этой машиной распрощался.

Желающих отдохнуть на базе всегда было очень много - мы открывали три сезона по пятнадцать дней и все места были полностью задействованы. Иногда даже удавалось не 200 человек, на которые база была рассчитана, а 250 вместить. И стоил отдых просто копейки - 40 рублей сезон, из них только 12 оплачивал сотрудник, остальное - профком.

И вообще, во всем этом деле профком был настоящим «локомотивом» - вез на себе все проблемы и дела. Конечно, нельзя забыть и громадную роль ректората - все понимали значение базы в оздоровлении сотрудников, что все затраты на ее обустройство в итоге окупятся.

Тяжело было наблюдать, когда база начала хиреть в начале 90-х. Слава богу, этот период закончился, снова начались вложения, появилось много новых объектов. Хоть пока мы и не вышли на тот уровень, с которого все начиналось, но это дело будущего.

О том, насколько серьезным делом был спорт в нашей стране лет 20-30 назад, нам приходится только догадываться. Ну или вспоминать тем, кто в те времена жил и работал. И поможет им в этом Нина Петровна Прушинская, она возглавляла физкультурно-массовую комиссию профкома ТУСУРа с 1972-го по 91-ый.

- Мы проводили каждый год очень много разных соревнований: «Массовые старты», «Лыжня зовет»… тогда вообще все «звало» - и бассейн, и стрельбы. Нормы ГТО ведь каждому нужно было сдавать. Ректор Чучалин даже обычай такой завел - держал перед собой список, тех, кто эти нормы сдал и если приходил к нему человек, скажем, в командировку проситься, и, если его в этом списке не было, то запросто мог и не подписать документы.

Почему тогда так строго относились к спортивным делам? Дело в том, что соцсоревнование, в котором участвовали все вузы, предписывало «развивать физкультурное движение», итоги всех состязаний, количество сдавших нормы ГТО учитывалось особо, институту шли очки, они посылались в Облсовпроф, Министерство. В производственной комиссии профкома для нас специально разрабатывались формулы для учета всех сотрудников.

Так что не буду говорить, что все с удовольствием участвовали в спортивных делах - это сейчас многие подходят ко мне: «Помните, как все хорошо было», а тогда, конечно, такой идиллии не наблюдалось. Правда, мы всегда старались подыскивать на призы разные дефицитные товары - книги, календари.

Наши студенты тоже неплохо выступали, но главных результатов мы добивались за счет тотальной мобилизации сотрудников.

ТУСУР чаще всего по спорту занимал второе место- после ТПУ.

Я пришла в фикультурно-массовую комиссию по предложению Чучалина - «по складу характера подходит», как он выразился. От меня больше требовалось не командовать, а уговаривать, чтобы люди чувствовали твою благожелательность. Бывало по-разному, но скажу честно, за те 19 лет, что я была в профкоме, отношений ни с кем не испортила.

Так все продолжалось вплоть до 1991 года. Тут стало не только не до спорта, даже о физкультуре не очень-то вспоминали.

Сейчас все меняется, но о массовости говорить пока рано - чтобы теми же лыжами заниматься, нужно специальное снаряжение - все дорого. Да и спортивных сооружений у ТУСУРа мало, каждый зал у нас до 11 вечера занят, просто невозможно сделать так, чтобы сотрудник мог прийти и позаниматься в любое удобное ему время.